Книга жизни [сборник] - Владислав Иванович Авдеев

– Были бы у нас пограничники, им бы отдали. А если увести в милицию – спросят, чей пес, почему привели.

– Пошли к дяде Пете – это наш сторож. Может, ему собаку надо.

Дядя Петя с радостью согласился заиметь овчарку:

– Ведите! А то хулиганье понавадилось по ночам шастать. А чего это вы ее отдаете, может, больная?

– Здоровая, – заверил Олег, – просто у нас квартира маленькая, держать негде.

– Тогда ведите.

Вышли от сторожа, и Олег сказал:

– Только мне сначала надо посмотреть, какой замок.

– Подойдем к гаражу вместе. Я буду с тобой разговаривать, и Рекс поймет, что ты свой.

Осмотром замка Олег остался доволен:

– Такой вот точно у нашего соседа, папиного друга. Когда он будет в своем гараже возиться, я замок посмотрю. Если не получится, мне дядя Ваня подскажет, он слесарем работает, такой классный мастер, пьет только сильно. А пока я с замком тренируюсь, надо, чтобы Рекс ко мне привык. Открывать-то будем ночью. Как разлается.

Рекс быстро привык к тому, что Олег подходил к гаражу и даже трогал замок. Рекс знал – плохой человек со Светой не подойдет. Бывало, пес иногда начинал угрожающе ворчать – в нем боролись два чувства: вера и любовь к Свете, к тем, кто ее окружает, и сознание того, что он все-таки сторож.

Вскоре Олег заявил, что открывает такие замки одной левой. И Света пошла отпрашиваться у родителей на ночь в лагерь отдыха.

– Говори с отцом, – сказала мама, – то от путевок отказывалась, то просится.

– Папа, можно? У них закрытие. Костер. Интересно! Я там у девочек переночую, – Света говорила правду, вечером действительно планировался костер – завтра в лагере ожидался новый заезд отдыхающих.

– Можно. Но чтоб утром была дома, как штык.

– Штык, – хмыкнула мама. – Ну и разговоры.

Подружки обрадовались Светиному приезду, наперебой рассказывали, как они тут отдыхают. А вечером вместе с ними Света пошла на большой прощальный костер. Уйти незаметно, когда вокруг костра темень, было легко. И Света последним автобусом вместе с Олегом вернулась в город.

Подошли к гаражу в полной темноте. Рекс услышал Светины шаги и начал радостно повизгивать.

– Здравствуй, Рекс. Рекс хороший, Рекс, – пока Света разговаривала с псом, Олег пытался открыть замок.

– Днем-то я быстро, надо было и в темноте потренироваться.

– Эх ты, а говорил – одной левой, одной левой.

Наконец Олег справился с замком, открыл и внутренний.

– Все.

– Олег, ты отойди в сторону. Когда Рекса выведу, закроешь гараж, как было.

– А вдруг он бросится на тебя? Одно дело говорить через дверь, а тут вроде как заходишь на охраняемый объект.

– Не бросится, он хороший. Я же чувствую. Ну отходи, я открываю.

Скрипнула дверь, и Рекс кинулся к Свете, чуть не сбив ее с ног, облизал девочке лицо и вообще не знал, что ему делать от счастья.

Когда пес немного успокоился, Света отцепила цепь и вывела Рекса из гаража. Потом прошептала Олегу:

– Закрывай. А мы пошли.

– Хорошо. Я вас догоню.

Спокойно Рекс отнесся и к сторожу дяде Пете, когда они под утро добрались до лагеря. Дядя Петя, уважительно глядя на огромного пса, сказал:

– Вот это собака! Да я теперь всем хулиганам укорот сделаю. Спасения от них нет, приезжают на велосипедах, ломают, курочат. А с псом мы уважительные отношения наладим. Собака – друг человека, но и человек должен быть собаке другом. Я сам из деревни, у нас во дворе всегда собаки были, знаем, как обращаться. А как пообвыкнет малость, я его с цепи сниму, чего собаку на привязи держать… – дядя Петя еще долго говорил о собаках, которых он перевидел в жизни, хвалил Рекса – уж больно пес ему понравился.

Напоследок Света обняла Рекса за мощную шею, сказала, чтобы он слушался дядю Петю, и уехала, ведь она обещала быть дома первым автобусом.

До обеда спала. Да и потом до вечера не выходила из дому – жизнь без Рекса показалась ужасно скучной. И только мысль, что Рексу теперь хорошо, успокаивала.

А на следующее утро выносила ведро с мусором и услышала знакомый плач.

– Рекс?!

Подбежала к гаражу и услышала разговор двух женщин:

– Представляешь, – говорила одна, – прямо из-под замка собаку увели. А она опять к хозяину вернулась. Как он ее бил, изверг, как бил.

– А что делать? – спрашивала другая. – Как-то учить надо. Ее сторожить поставили. А она? Увели, как телка, а собака-то, видела, зверь. Нет, тебя поставили сторожить – сторожи.

– Так-то оно так, но нельзя же так животину бить. Поди, все внутренности ей отбил.

– Ничего, зато в следующий раз не уведут. Что же ее, такую громадину, зря кормить?

Женщины ушли, и Света подбежала к гаражу. Ох, как обрадовался Рекс, словно они не виделись целую вечность, как радостно и в то же время жалобно залаял. А Света с этой стороны обливалась слезами.

– Рекс, тебя били. Миленький, Рексушка…

С опухшими от слез глазами приехала в лагерь – хотела узнать, почему Рекс очутился снова в городе. Дядя Петя лишь сокрушенно развел руками:

– Убег, дочка. Ночь мы с ним исправно служили, такого страху хулиганам нагнали. Опять те же, на велосипедах, приехали, а тут мы с Рексом – и велосипеды побросали, по всему лесу крик стоял. Маму звали, пакостники. Теперь долго не покажутся. Ну, я вижу, пес не убегает, а раз такое дело – не стал утром на цепь сажать…

Света ехала обратно и думала, если Рекса снова освободить, то надо увезти далеко-далеко. Но вот куда?

Подсказал Олег:

– У нас папин брат на барже шкипером плавает. Сам в Киренске живет. Сейчас он здесь, его баржа на рейде стоит. Под погрузку завтра поставят. Так что время у нас есть. Ты не бойся, дядя добрый и собак любит. Пошли, замок посмотрим.

Новый замок на гараже привел Олега в уныние:

– Ну, мне такой никогда не открыть. Ладно, попрошу дядю Ваню, он с любым замком справится.

Дядя Ваня согласился, но потребовал бутылку водки.

– Говорит, за риск. Вам, мол, ничего не будет – малолетки. А мне, мол, могут срок дать.

– А где я бутылку возьму? Может, его хорошенько попросить?

– Бесполезно. Он говорит, что водка способствует его мыслительному процессу.

– Попрошу у папы, – вздохнула Света.

Вечером Света долго не решалась, но все же осмелилась и подошла к отцу:

– Папа, мне нужна бутылка водки на одно очень-очень нужное и хорошее дело.

– Бутылка водки? – растерянно переспросил папа и даже зачем-то снял очки.

– Надо помочь одному очень